Кратко
- В 2026 году средние ежемесячные потери РФ на фронте достигают примерно 9 000 погибших (около 300 в день).
- Рекордные месячные потери превышали 12 000 человек в отдельных периодах предыдущего года.
- Суммарные потери, включая раненых, оцениваются порядка 1,2 млн человек; число погибших может достигать примерно 325 тыс.
- За последние два года зона контроля была расширена всего на ≈8,4 тыс. км²; в 2026 году фиксируются и обратные сдвиги — потери территорий.
Динамика человеческих потерь
Возведение «стены дронов» вдоль линии фронта привело к заметному росту потерь российских войск. По итогам анализов бюджетов регионов и оценок экспертов, в 2026 году ежедневно гибнет в среднем около 300 военнослужащих, что даёт порядка 9 тысяч погибших в месяц.
Эти показатели значительно выше уровней начала 2024 года, когда число погибших составляло примерно 4 тысячи в месяц. В отдельные месяцы прошлого года фиксировались рекордные значения — свыше 12 тысяч погибших.
Сравнения с прошлым и общие масштабы
За четыре года войны потери оказались в несколько раз выше, чем в ряде предыдущих конфликтов: в разы превышены масштабы советских потерь в Афганистане и российского участия в чеченских войнах, а также суммарные потери в конфликтов после 1945 года. По оценкам аналитиков, количество погибших сопоставимо с населением таких городов, как Смоленск, Белгород или Чита.
Территории и темпы продвижения
При огромных человеческих и материальных затратах территория под контролем войск была расширена лишь на примерно 8,4 тыс. км² за два года: около 0,6% территории в 2024 году и ещё 0,8% — в 2025‑м. В 2026 году фиксируются случаи потери территории: в апреле — порядка 116 км², в мае — около 281 км² по оценкам независимых наблюдателей.
Политика и военные цели
Несмотря на стагнацию фронта, ухудшение экономической ситуации и падение рейтингов, руководство страны сохраняет намерение продолжать боевые действия. В числе объявляемых или обсуждаемых целей — полный контроль над Донбассом к концу года; при этом в военных планах и заявлениях фигурируют более масштабные амбиции, вплоть до установления контроля над левобережной частью Украины и ключевыми городами. Также в поле интересов остаются Херсонская и Запорожская области, пусть они и не имеют для властей того же символического значения, что Крым и Донбасс.
Сочетание высоких потерь и сдержанных территориальных приобретений ставит под сомнение эффективность текущей стратегии и усиливает неопределённость по поводу дальнейшего развития ситуации.
