Момент, ставший символом
В январе 1936 года семилетняя Энгельсина «Геля» Маркизова из Верхнеудинска (ныне Улан‑Удэ) оказалась в центре внимания: на общесоюзном слёте колхозников в Кремле она вручила Сталину два букета. Фотография с подписью о «счастливом детстве» быстро обошла страны.
Как это произошло
Геля приехала в Москву к матери, которая училась в медицинском институте. Мать настояла, чтобы отец, делегат от Бурят‑Монгольской АССР, взял дочь на приём. Девочка была одета в новую матроску и в валенках; выступления на слёте были затянуты, и Геля, не выдержав ожидания, встала и подошла к президиуму, чтобы вручить цветы.
Сталин принял букеты, а маршал Ворошилов объявил, что девочка хочет сказать слово. Геля сказала: «Это вам привет от детей Бурят‑Монголии». Момент зафиксировали десятки фотографов, и вскоре изображение стало массово тиражироваться.
Слава и подарки
После приёма Геле подарили именные золотые часы и патефон с гравировкой «Геле Маркизовой от вождя партии Сталина. 27.1.1936 г.». Газеты опубликовали снимок; в течение полутора лет девочка пользовалась популярностью и приглашалась на разные мероприятия.
Перелом и преследование семьи
В ноябре 1937 года Ардан Маркизов, отец Гели и нарком земледелия Бурят‑Монгольской АССР, был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности. Геля под диктовку матери написала письмо Сталину в защиту отца и приложила фотографии с приёма, но ответа не последовало. Ардан был расстрелян в июне 1938 года.
Мать вместе с детьми сослали в Казахстан. Геля забрала с собой подарки, полученные в Кремле. Через несколько лет Доминику Маркизову, работавшую в детской больнице, нашли мёртвой при таинственных обстоятельствах; в архивах, как утверждала сама Энгельсина, встречались записи с пометкой о необходимости «устранить» ссыльную, хранящую подарки и портреты.
Как пропаганда справлялась с противоречиями
После ареста отца и исчезновения семьи образ «друга детей» на плакатах стал неудобен: на многих тиражах фотографию девочки перестали подписывать как Маркизову и приписали имя другой пионерки — Мамлакат Наханговой. Таким образом один и тот же портрет эксплуатировали дальше, а реальная судьба ребёнка оказалась стерта из публичного нарратива.
Известно, что Энгельсина была удочерена и получила новую фамилию — Добреева; изображение, использованное пропагандой, сохранялось в публичном пространстве по крайней мере до середины XX века.
