В Замоскворецком суде Москвы завершились прения по уголовному делу заместителя председателя партии «Яблоко» Максима Круглова, обвиняемого в распространении так называемых военных фейков.
Круглов в своей речи поставил в центр вопрос о наличии умысла. Он отметил, что если следовать логике обвинения, непонятно, почему такой умысел не проявился раньше — например, в школьные годы, когда он высказывался против войны.
Политик также заявил, что прокуратура неверно воспроизвела один из его постов: в обвинительном заключении, по его словам, вместо ссылки на материалы ООН указали формулировку про «граждан ООН», тогда как в оригинале была лишь ссылка на организацию.
Круглов подчеркнул, что Россия является членом ООН и использует данные этой организации как источник информации; по его словам, на материалы ООН ссылаются и российские должностные лица, в пример он привёл обращение депутата Госдумы Яны Лантратовой к данным верховного комиссара ООН.
Комментируя другой пост, посвящённый событиям в Буче, он сказал, что охарактеризовал происходящее как «ад» — это была эмоциональная реакция на гибель людей. Он также отметил, что фраза о международном расследовании военных преступлений не содержала указания на чью‑либо вину.
Круглов добавил, что в обвинительном заключении отсутствуют доказательства мотива, основанного на политической ненависти, и что такие подтверждения не содержатся в показаниях свидетелей.
Он критиковал формулировки обвинения, касающиеся несогласия с государственной политикой, заявив, что подобный подход подрывает конституционные основы и политическое многообразие. Круглов также обратил внимание на то, что ему грозит до десяти лет лишения свободы, и выразил опасение, что в таком случае он может не увидеть взросления дочери.
В ответ прокурор заявила, что расхождения в обвинительном заключении возникли из‑за сокращения следователем текста публикации. Она указала, что дословный текст поста не совпадает с отчётами ООН и снова сослалась на выводы экспертов.
Сторона обвинения также настаивала на разделении объективной и субъективной сторон обвинения при оценке наличия умысла в 2020 году.
Адвокат Тихонова в реплике отметила, что прокурор фактически признала изменение текста публикации в обвинении, а также обратила внимание на несоответствие поставленных экспертизе вопросов и данных в экспертном заключении.
