В 2025 году только 4% лиц и организаций, внесённых в реестр «иностранных агентов», получали иностранное финансирование, сообщил заместитель министра юстиции Олег Свириденко.
Остальные 96% получили этот статус из‑за «иных форм влияния» — по подсчётам правозащитных организаций это составляет 206 из 215 внесённых в реестр в 2025 году.
Замминистра отметил, что доля тех, кто признан «иноагентом» из‑за зарубежного финансирования, снижается, тогда как темпы пополнения реестра растут: в 2025 году ведомство включило в него примерно на треть больше «иностранных агентов», чем в 2024 году.
С 2022 года министерству было дано право признавать людей и организации «иноагентами» на основании нахождения под «иностранным влиянием».
Такая широкая формулировка фактически позволила присваивать статус «иностранного агента» без необходимости доказывать получение средств из‑за рубежа, тогда как ранее наличие зарубежного финансирования было единственным основанием для включения в реестр.
Если бы остался единственный признак — зарубежное финансирование, то это было бы всего 4% иноагентов. Мы бы искали эти деньги, которых нет. И деньги там и не нужны — там уже другие формы.
- Присвоение статуса «иноагента» используется как инструмент дискриминации и политического преследования. Люди с этим статусом значительно ограничены в правах, а правоохранительные органы регулярно возбуждают уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела о неисполнении обязанностей «иноагента».