Почему российская ПВО всё чаще пропускает удары дронов и как она устроена
Атаки с украинских беспилотников по российской территории участились: в 2025 году аналитики зафиксировали существенный рост ударов по НПЗ и логистическим объектам, а отдельные попадания в нефтеперерабатывающую инфраструктуру вызвали серьёзные экологические и экономические последствия. Это обостряет вопрос, почему многие цели остаются уязвимыми несмотря на многоуровневую систему ПВО.
Как устроена система ПВО
Современная российская система противовоздушной и противоракетной обороны сформировалась десятилетиями и построена по эшелонам: верхний уровень для борьбы с баллистическими и ядерными угрозами, стратегические зенитные комплексы для дальних целей, тактические системы для оперативного прикрытия и нижний ярус — комплексы малой дальности для непосредственного перехвата.
Верхний ярус: противоракеты и крупные радиолокаторы
На верхнем уровне расположены системы противоракетной обороны, обеспечивающие защиту от баллистических головных частей. Крупные радиолокационные узлы отслеживают запуски и управляют перехватчиками. Исторически некоторые элементы этой ступени проектировались с учётом ядерного противостояния и даже могли применять специализированные боезаряды; сейчас ведётся модернизация в сторону кинетических перехватчиков и новых комплексов, способных работать с разными типами целей.
Стратегические зенитные комплексы (С‑400, С‑300)
Под «куполом» расположены комплексы дальнего радиуса — они оснащены несколькими типами радаров и ракет разной дальности и позволяют формировать общую воздушную картину с распределением задач между батареями. Самые дальнобойные ракеты дорогие, поэтому их применение обычно резервируется для приоритетных целей.
Тактический уровень: «Бук», «Тор», «Панцирь»
Оперативное прикрытие обеспечивает ряд мобильных ЗРК, таких как «Бук», у которых стоимость ракет значительно ниже стратегических комплексов, а также «Тор» и «Панцирь» — они отвечают за перехват малых и низколетящих целей. После массового появления ударных БПЛА именно на эти системы легла основная нагрузка по отражению атак.
Помимо ракет, перехватами занимаются истребители и вертолёты; в отдельных районах создаются мобильные противодроновые группы, которые используют как специализированные средства ПВО, так и стрелковое оружие и даже зенитные дроны для защиты промышленных объектов.
Кому выделяют приоритетную защиту?
Существует впечатление, что приоритет защиты получают политические резиденции и столичные зоны, однако по оценкам аналитиков эшелонированная система продолжает прикрывать ключевые промышленные и логистические объекты, обеспечивающие экономическую базу. Тем не менее плотность средств ПВО варьируется по территории, и важные экономические узлы не всегда могут считаться полностью защищёнными.
Почему дроны иногда пробивают оборону?
Частично дело в росте числа атак: в середине 2025 года аналитики зафиксировали заметное увеличение ударных вылетов в глубину страны; в 2025–2026 годах среднее количество атак по российской территории составило несколько десятков в месяц — это вдвое больше по сравнению с 2024 годом. При этом ударные группы часто запускаются массово: из сотни‑полутораста аппаратов до цели добирается лишь небольшая доля, и не все из них наносят значимый ущерб.
Тактика атак фокусируется на объектах с легковоспламеняющимися или взрывоопасными материалами, где даже несколько попаданий способны вызвать каскадные разрушения. Также стороны выбирают менее защищённые цели, что повышает результативность небольших по числу прорывов. Накопление перехватчиков и расход защитных средств растут, но говорить о полном истощении обороны преждевременно.
В итоге защита — это баланс между стоимостью средств, их доступностью и приоритетами охраны. Массовые волны атак и выбор особо уязвимых целей повышают вероятность совпадения пробоев в отдельных случаях, даже при относительно высокой общей эффективности ПВО.
