Я хочу видеть Россию без войны и ШИЗО: письмо из колонии

Журналистка из Костромской области рассказала о причинах отказа от принудительного труда, условиях содержания и видении будущей России.

Журналистка, находившаяся в колонии в Костромской области, рассказала, почему отказывается от принудительного труда и каковы условия содержания.

Её неоднократно помещали в штрафной изолятор за отказ от выполнения трудовой нормы.

«С каждым очередным ШИЗО во мне разгорается пламя», — сказала она.

Своё послание она планировала опубликовать в крупном издании, но публикация не состоялась.

Письмо датировано 8 ноября 2026 года.

«Что не убивает — делает сильнее», — отмечает она.

Она говорит, что продолжает отказываться от работы на швейном производстве, а администрация колонии вновь отправляет её в ШИЗО.

«В координатах ФСИН‑вселенной я достигла абсолютного дна», — добавляет она.

30 октября её перевели в помещение камерного типа; условия там близки к условиям ШИЗО.

Она подчёркивает, что не считает себя виновной и не намерена соглашаться с эксплуатацией заключённых.

Журналистка сравнивает нынешнюю систему принудительного труда с репрессиями прошлых лет.

«Что касается прошлого века, он запомнился как век тюрем; миллионы людей были лишены свободы и принуждены к труду».

Она говорит о судьбе коллег и друзей, которым пришлось лишиться прежних профессий.

«Не приму, что друзей — журналистов, режиссёров, адвокатов и программистов — ущемили и посадили за швейные машинки».

Она считает, что ШИЗО и ПКТ применяются для подавления непокорности и запугивания заключённых, нарушая базовые права.

«Заключённые — не рабы. Насилие над личностью не делает человека исправленным; ценность — человеческая жизнь».

В конце письма она сообщает, что до окончания срока остаётся 750 дней; по её расчётам, 130 дней она уже провела в ШИЗО.

Россия не сможет преодолеть последствия исторических трагедий, пока не откажется от насилия как инструмента управления.

Пока не придём к мысли: насилие порождает только больше насилия; ценность — человеческая жизнь.

«Я хочу видеть такую Россию. Без войны и ШИЗО. Сегодня в карцере я сижу за это».