«Моя школа» — ключевой элемент цифровой слежки
Единая федеральная информационная система «Моя школа» объединяет цифровые дневники, расписания, учебные материалы и чаты; по данным доклада она накапливает данные о школьниках и интегрирует их в единую государственную информационную инфраструктуру.
Указанные инструменты наделяют органы доступом к информации, но главная проблема — выстраивание единой архитектуры слежки за учащимися.
Автор доклада отмечает, что накапливаемые данные позволяют создавать детальные цифровые профили детей и использовать их в оценке поведения и принятии решений.
Единая система «Моя школа» выполняет функции цифровых дневников, расписания, классов и материалов, а также обеспечивает чаты и видеосвязь; одновременно накапливаются данные и формируются цифровые профили учащихся.
Данные могут объединяться в единую государственную инфраструктуру, доступную различным ведомствам.
В рамках доклада описывается, что «Моя школа» собирает данные о посещаемости, времени прихода и ухода, причинах отсутствия, а также сведениях о родителях и внеклассной деятельности.
Дополнительно в профиль попадают данные о питании, медицинской информации, жилищных условиях и онлайн‑активности учащихся.
Доклад подчеркивает, что система является не только учётом, но и частью унификации учебного процесса и инструментом формирования образовательной политики.
Цифровая библиотека системы содержит учебные материалы, использование которых сопровождается фиксацией действий школьников.
Некоторые школы отмечают проблемы с доступом в интернет, однако тысячи школ используют централизованные сервисы и сбор данных продолжается.
Система фиксирует время прихода и ухода, причины отсутствия, сведения о родителях и внеурочной деятельности.
«Моя школа» может учитывать данные о питании, медицинской информации, социальном статусе семьи и онлайн‑активности учащихся.
Доклад указывает, что эта система не просто учет; она может унифицировать учебный процесс и влиять на дисциплину и учебные результаты.
В рамках проекта имеется цифровая библиотека материалов, просмотр которых может сопровождать фиксацию действий учащихся.
Некоторые школы сталкиваются с нерегулярным доступом к интернету, но в отдельных регионах — это более реализовано.
Система может фиксировать просмотр материалов и длительность их просмотра, что может использоваться учителями для корректировки образовательных программ.
Указывается, что в некоторых школах интернет и информационная инфраструктура работают не идеально, однако централизованный сбор данных продолжается.
Мемориал подчеркивает, что в профилях школьников могут появляться данные об онлайн‑активности и других аспектах жизни учащихся.
Во многих школах камеры используются в коридорах, столовых, залов и иногда в классах; современные системы могут распознавать лица и анализировать поведение.
Показательными являются примеры Москвы, где камеры подключены к центру хранения и обработки данных; в бюджете региона заложены средства на оснащение школ новыми камерами.
Аудиоконтроль — в некоторых случаях микрофоны фиксируют звуковые аномалии; анализ разговоров и их глубина варьирует по регионам.
Современные алгоритмы способны распознавать лица и анализировать поведение учащихся, но степень внедрения зависит от региона.
Город Москва служит примером расширения видеонаблюдения; инфрастуктура с 2012 года интегрируется с единым центром хранения данных; в 2021 году значительные средства были выделены на оснащение.
Иные инструменты аналитики включают аудиоконтроль: камеры с микрофонами могут обнаруживать сигналы тревоги, паники и др.; расширенный анализ разговоров пока не подтверждён повсеместно.
Алгоритмы могут использовать для оценки поведения школьников
В начале обсуждалась идея единой федеральной системы школьной видеоаналитики; проект «Оруэлл» был запущен в нескольких регионах, но столкнулся с техническими и финансовыми препятствиями.
В 2021 году Московская область остановила эксперимент по анализу поведения ИИ после волнений родителей; развитие видеонаблюдения в регионе продолжилось, но стало более региональным.
В 2025 году в Сургуте 35 школ оснащены камерами с распознаванием лиц; данные передаются в систему внутренних дел в реальном времени.
В 2026 году в Свердловской области заявили о желании использовать ИИ для фиксации противоправного поведения и присвоения соответствующих маркеров.
По мнению Мемориала, эти высказывания отражают намерение закладывать в алгоритмы скрытые критерии "противоправного поведения" и заносить их в цифровые профили.
За школьниками онлайн следят учителя и «кибердружины»
За пределами школы государству сложнее контролировать цифровую активность несовершеннолетних, поэтому власти привлекают образовательные организации к мониторингу онлайн‑деятельности.
С конца 2010‑х учителям и классным руководителям поручали следить за аккаунтами учеников: подписками, публикациями, фотографиями, комментариями и лайками.
В Саратовской области рекомендовалось передавать сведения МВД о группах, связанных с противоправной деятельностью и употреблением психоактивных веществ.
К середине 2020‑х мониторинг стал централизованным; Росмолодежь предлагала анализировать аккаунты и выделять маркеры риска, включая оппозиционные настроения и критическую позицию к войне.
Кибердружины и медиапатрули закреплены на федеральном уровне как элементы профилактики.
Существует ли система «социального рейтинга» школьников?
Доклад описывает многоуровневую систему мониторинга: данные собираются из разных источников и обрабатываются автоматизированными системами.
Хотя ИИ используется для анализа контента и видеоматериалов, пока говорить о полноценной предиктивной системе рано; существующие практики вызывают тревогу.
Степень контроля варьируется по регионам: где‑то инструменты применяются ограниченно, а где‑то — широко.
Мемориал призывает к радикальной альтернативе, основанной на ненасилии и уважении к достоинству человека, чтобы минимизировать риски цифрового надзора.
Необходимы открытые обсуждения и защита прав школьников в условиях растущего цифрового контроля.
