С начала 2000‑х годов сотни немецкоязычных специалистов приезжали в Россию по программе языковых ассистентов Гёте‑Института. Мы поговорили с участниками о закрытии центра в стране.
Власти России распорядились прекратить деятельность Гёте‑Института; к середине сентября его отделения в Москве, Санкт‑Петербурге и Новосибирске закрылись.
Ранее Германия разорвала договор с Российским домом науки и культуры в Берлине. Это решение последовало за инцидентом с попыткой диверсии дронами в аэропорту Лейпцига, за который Берлин возложил ответственность на Москву.
За годы своей работы Гёте‑Институт реализовывал в России программу языковых ассистентов, позволяя выпускникам вузов и молодым специалистам провести месяцы в российских языковых и культурных центрах. Участники обучали немецкому языку, проводили занятия, устраивали культурные мероприятия и рассказывали о жизни в Европе.
За годы существования программы сотни языковых ассистентов работали в регионах от Поволжья до Сибири — от Самары и Ростова‑на‑Дону до Волгограда, Кемерово, Новосибирска и Омска.
Мы поговорили с участниками одной из последних когорт языковых ассистентов Гёте‑Института в России.
«Люди везде одинаковые — неважно, в какой стране они живут»
Австрийский участник по имени Левин Вотке прибыл в Ростов‑на‑Дону в октябре 2019 года. В отличие от многих соискателей, он закончил юридический факультет Венского университета.
После диплома Вотке решил на время приостановить карьеру юриста и заняться в России, а также начал изучать русский язык.
В Ростове‑на‑Дону институт прикрепил его к языковой школе и кафедре немецкого языка Донского государственного технического университета, где он помогал проводить занятия немецким языком. Также он вел разговорный клуб и организовывал мероприятия, знакомил студентов с культурой Австрии. Затем он записывал подкасты о жизни в Европе на немецком языке.
По словам собеседника, больше всего в Ростове‑на‑Дону участников курса поразило стремление к изучению немецкого: многие хотели переехать в Германию или Австрию для учёбы или работы, однако часть курсоводов интересовалась лишь знакомством с культурой.
«В личных разговорах мы редко обсуждали политику, но многие студенты говорили о желании эмигрировать», — отметил Вотке.
Из‑за начала пандемии он вынужденно вернулся в Австрию и продолжил участие в программе дистанционно.
«Этот опыт помог понять, что люди везде одинаковые — неважно, где они живут. После начала полномасштабной войны в Украине мне стало важно узнать, что многие люди в Ростове‑на‑Дону не поддерживают вторжение.» Он также в 2022 году побывал в Грузии, чтобы встретиться с некоторыми эмигрировавшими туда студентами.
Австриец считает, что закрытие Гёте‑Института скажется на россиянах, ориентирующихся на запад, и на их восприятии Европы и культуры.
«Есть множество причин для реагирования на ситуацию (попытки диверсии в Лейпциге) и сохранения контактов с Россией. Возможно, Русский дом в Берлине действительно закрыли из‑за угроз безопасности, но это может оборвать связи с теми россиянами, которые критически настроены к режиму», — отметил Вотке.
«Не хватает воображения, чтобы представить восстановление разрушённых связей»
Осенью 2019 года немец Рубен Штайн оказался в Кемерове — ему требовался педагогический опыт, чтобы сменить профессию и стать школьным учителем.
Ранее он проходил краткосрочную практику в отделении Гёте‑Института в Тель‑Авиве, поэтому подал заявку на программу языковых ассистентов в России. У него не было семейных связей с Россией и знания языка, единственным опытом стало посещение Нижнего Новгорода в рамках школьного обмена.
По словам Штайна, его двигало любопытство познакомиться с культурой и образом жизни в стране. В Кемерове ему не удалось наладить контакт с коллегами по языковой школе.
«Сначала казалось, что все говорили по‑немецки, приветствовали как гостя, но общение сводилось до минимума. Никто не предлагал выйти за рамки рабочего контекста».
Однако в Кемерове он познакомился с русскими немцами, которые планировали переехать в Германию вместе с семьями, и поддерживал связь с несколькими студентами, обучавшимися на его курсе.
«Мне бы хотелось узнать, что сейчас с этими молодыми людьми. Они редко покидали город и не видели моря. Боюсь, что у них могло сложиться искажённое представление о мире и они могут стать националистами или пойти на фронт. Я очень тревожно за них».
«Закрытие Гёте‑Института в России означает сжигание последнего моста между двумя странами — связи действительно оборваны».
«Отношения придётся заново выстраивать с нуля в какой‑то новой системе. И пока трудно понять, когда наступит этап сближения».
