Требование оплаты и угроза прекратить помощь
В записи телефонного разговора, датированной 29 мая 2024 года и сделанной между замминистра обороны России Юнус‑Беком Евкуровым и сирийским чиновником, российская сторона настаивала на выплате долгов за охрану нефтяных объектов и предупреждала о возможном прекращении финансирования.
По словам Евкурова, речь шла о задолженности в $37 млн за охрану месторождений. Он отметил, что Россия покрывала расходы на содержание российских военных и сирийских рабочих — примерно $4,5 млн ежемесячно.
«Я не люблю, когда меня обманывают… Диалог с министром нефти будет вестись в другом стиле», — заявил Евкуров.
В разговоре также прозвучало, что якобы президент России не был осведомлён об этой задолженности, и замминистра предположил, что новый министр обороны поднимет вопрос или доведёт его до президента.
Евкуров предупредил, что с июня 2024 года Россия может прекратить финансирование нефтяных операций в Сирии, потребовав, чтобы Дамаск сам взял на себя соответствующие расходы.
Кроме того, российская сторона потребовала ежемесячных выплат в размере $1,16 млн на «переоснащение опорных пунктов», которые должны были защищать объекты.
Сирийский собеседник в записи пытался успокоить оппонента, заверив, что в краткие сроки можно решить возникшие проблемы.
Контекст и долговая нагрузка
Россия получила влияние в сирийском нефтяном секторе после вмешательства в 2015 году, и в обмен на помощь российским компаниям предлагались контракты на восстановление энергетики. По оценке Всемирного банка, суммарный долг Дамаска перед Москвой достиг примерно $1,2 млрд.
Переговоры о задолженностях продолжаются и с новым руководством Сирии: переходный президент совершал визиты в Москву, пытаясь добиться смягчения долгового бремени.
Экономический советник сирийского министерства отметил, что вооружённые силы страны в значительной степени зависят от техники и запчастей российского происхождения, что усиливает зависимость Дамаска от Москвы при модернизации арсенала.
