Британский военный эксперт отмечает, что публичное признание боевых действий как «войны», а не «специальной операции», вместе с серией ударов украинских дронов и ракет, свидетельствует о том, что российское руководство всё острее осознаёт сложность своего положения.
Аналитик подчёркивает, что необычное для Москвы употребление термина «война» служит показателем серьёзности ситуации, учитывая продолжительность конфликта и нарастающие трудности на тыловых направлениях.
Проблемы в Крыму и в ближних регионах
Особое внимание эксперт уделяет ситуации в Крыму: введение режима чрезвычайной ситуации в Севастополе из‑за дефицита топлива и перебоев с электроснабжением он называет беспрецедентным сигналом о растущих проблемах с обеспечением.
По его мнению, это публичное развитие событий показывает, что российские войска уже не могут в полной мере гарантировать безопасность территории, которая ранее считалась надёжной.
Дроны и удары по инфраструктуре
Аналитик отмечает, что в последние недели украинские беспилотники действуют практически без серьёзного противодействия над западными регионами России, в том числе вблизи Москвы и Санкт‑Петербурга. Даже переброска современных средств ПВО не везде компенсирует гибкость и изобретательность атакующих.
Он также обращает внимание на удары по нефтяной инфраструктуре: снижение поступлений от нефти создаёт дополнительное давление на финансирование военных действий и осложняет обеспечение операций.
Выбор между эскалацией и переговорами
Эксперт делает вывод, что перед руководством страны всё более остро встаёт выбор между дальнейшей эскалацией и поиском переговорного выхода. По его словам, для сохранения контроля над ситуацией необходимо представить населению такое соглашение, которое не выглядело бы как полное поражение, — тогда возможно обеспечить спокойный и контролируемый уход власти.
В конце концов, нужна стратегия выхода — если представить соглашение как нечто, не являющееся полным поражением, это может обеспечить контролируемый уход, а не катастрофическое поражение.
